Как там наша двойня? Давно о них ничего не слышно.

У Шейны и Евы все хорошо. Еще плюс несколько недель, плюс огромная порция нового опыта и впечатлений, плюс несколько зубов и сантиметров роста, плюс пару килограмм (не будем указывать, кто именно, это и так видно), плюс еще одна разлука и воссоединение с родителями (еще раз спасибо Кина Киселева, вы самая крутая и смелая бабушка из всех, кого я когда-либо знал!), плюс сотни новых слов и несколько важных навыков и, с чего очень хочу начать, плюс немного логического мышления и ощущения времени.

Не знаю, когда именно детям положено осознавать существование времени (может, уже и давно пора), но меня очень удивило, что Ева вдруг овладела понятием "потом", причем пользуется им очень к месту и вовремя. Особенно ярко это проявляется с делами, которые Ева делать не хочет. "Ева, пошли стричь ногти?" - "Потом". "Ева, пошли спать?" - "Потом!" Причем,  я не уверен, что Ева точно понимает значение этого слова. Возможно, она вкладывает в него понятие типа "точно не сейчас и, возможно, никогда". Пока не понял. Но у Евы теперь есть четкий инструмент борьбы с назойливым отцом, вечно лезущим со своими ногтями. (Шейна, после объяснения, что длина ногтей влияет не только на их красоту в частности, но и на красоту Шейны в целом, стричь ногти любит и всегда охотно тянет руки при малейшем упоминании о том, что пора их (ногти) стричь).

Еще у детей появились любимые игрушки. У Евы это мишка, у Шейны кукла. И, если Шейна (человек позитивный и уживчивый) про куклу вспоминает только тогда, когда Ева вспоминает о мишке, то Ева без мишки спать отказывается почти всегда. И еще хорошо, если только без мишки. Иногда приходится пресекать накопление персонажей, отправляющихся спать вместе с Евой, ограничивая их число максимум тремя. Обычно, это мишка и пару кукол. Но иногда Ева пытается протащить с собой еще пару кукол и несколько игрушечных собак, некоторых из которых  которых она упорно и по только ей одним понятным признакам называет кошками. И тут вспоминается одна из основополагающих задач распознавания образов, заключающаяся в том, чтобы объяснить компьютеру, по каким признакам отличить кошку от собаки. Задача очень непростая и, как нам демонстрирует на своем примере Ева, очень зависящая от исходных данных.

Уживчивость Шейны также распространяется и на соску. Она к ней все так же хорошо относится, но уже не испытывает критической зависимости от нее. Может спать с ней, может, если придется, и без нее. И утром первым делом сдает ее родителям на хранение. Ева с соской пока в более близких отношениях и заснуть без соски Еве пока трудно и практически невозможно.

Недавно у детей появились любимые сказочные герои. Точнее, пока только один. Зато он выполняет сразу все роли - и роль властителя дум, и роль образца для подражания, и, даже, где-то, роль секс-символа.

Этот могущественный и крутой персонаж - колобок. Дети о нем вспоминают с такой же частотой,  как и о маме, папе и бабушке и немного чаще, чем о няне и дедушке. Он - везде, дети ожидают его увидеть в книгах, рисовать его на стенах и играть с ним в играх.

Правда, они слегка видоизменили его имя. Точнее, видоизменили и размножили. На сегодняшний день у него два названия. Первое из них вдруг превращает это  милое, румяное и нагловатое хлебобулочное изделие в какого-то сомнительного персонажа с легким гомосексуальным флером по имени "Голубок". Второе -диаметрально противоположное, вызывает перед глазами образ мужественного казака со всей положенной атрибутикой, шароварами и оселедцем с исконно запорожской фамилией "Голобок".

 Ну а в целом в нашей жизни стало намного больше упорядоченности, прогнозируемости и смысла. Теперь очень редко надо все бросать и нестись куда-то к кричащему ребенку для того, чтобы потом потратить несколько минут на то, чтобы понять, что именно он, этот ребенок, хочет. А ребенок, в свою очередь, понимая, что его потребности не поняты и явно высказанный запрос не услышан,  будет еще больше надрываться в попытке донести до туповатых родителей такую простую и понятную вещь.

Так вот, такие ситуации в нашей жизни теперь очень редки. Теперь, если ребенку что-то очень надо, он сообщит это тебе в нескольких словах. Правда, интенсивность запроса все еще возрастает, если он сразу не выполнен (яркий пример - Шейна, возмущенно скандирующая "папа, на руки!") , но теперь ребенка можно отвлечь или, даже, переубедить, объяснив, что не это ему надо сейчас на самом деле. И, часто, дети соглашаются и отправляются заниматься другими делами и исследовать новые горизонты.

Теперь даже иногда удается немного позаниматься йогой в присутствии детей. Правда, они настаивают на том, чтобы в этом обязательно участвовать. Они это очень любят. Шейна, даже, на вопрос "Что будем делать?" чаще всего отвечает "Йогой!" и бежит в комнату, где лежат коврики. В понимании детей заниматься йогой с родителями - это, в-основном, стоять вместе с папой в собаке мордой вниз, причем таким образом, чтобы нос папы обязательно упирался в детские ягодицы. Или же заползти под папу, стоящего в этой же асане и выглядывать оттуда с довольным видом. Еще пользуется популярностью "собака мордой вверх". Ее дети делают сами или, что веселее, залазят на спину стоящему в ней отцу и там и усаживаются, свесив ноги.

Ну и в заключение - то, что меня поразило больше всего за последнее время. Такого я не мог ожидать и до сих пор под впечатлением.

Пару дней назад Жанна уезжала в командировку. Она собиралась, дети в меру сил помогали (читай - мешали), растаскивая вещи из чемодана по всей квартире и используя их в качестве оригинальных нарядов. В какой-то момент Ева что-то сделала не так и я сказал ей " Вот уедет мама, будем с тобой веселиться". Но, на самом деле, фраза осталась незаконченной. Точнее, закончила ее Ева и закончила по своему. Я успел сказать только"Вот уедет мама и будем с тобой..." "...жить" уверенно закончила Ева, оставив отца в легкой прострации от мудрости сказанного дочерью и безуспешно пытающимся закрыть открывшийся от удивления рот. 

Пост фекально-лирический.

Это история о том, как мы приучали детей к горшку (точнее, к горшкам. Их у нас, естественно, тоже два. И не просто два, а два дома, два у бабушки, два на даче у бабушки, два у другой бабушки, и т. д. Каждый из членов нашей семьи стремится обзавестись парочкой горшков, чтобы, с одной стороны, не быть застигнутым врасплох внезапно появившимися маленькими родственницами, а с другой, чтобы не поставить родственниц в неловкое положение, когда потребности есть, а возможности их удовлетворить привычным способом не наблюдается ).

Итак, приучение к горшкам ( как и все основные работы над детьми в нашей семье) осуществлялось нашим любимым последовательно-хаотическим способом. Все происходило в несколько этапов.

В начале была декларация. С декларацией выступила няня, потребовав покупки горшков, так как она была уже морально готова к приучению детей к ним. Мы тоже оказались морально готовы, а детей о их готовности никто не спрашивал.

Впоследствии оказалось, что к моральной готовности няню привел не зашкаливающий профессионализм и вера в свои силы, а банальное желание участвовать в соцсоревновании. Оказывается ей какая-то няня в парке (по ее рассказам, няня Наталии Радковской) сообщила, что ее подопечные уже в полгода сами ходят на горшок. И, наверное, сами потом совершают все очистительные процедуры, одевают штанишки и снова садятся за компьютер взламывать сайты Пентагона. Няня всхрапнула, встала на дыбы и ринулась в бой.

Вторым этапом, разумеется, стал этап приобретения самих горшков. Ведь нам не всё равно, какой именно сосуд будет принимать в себя фекалии наших детей. И страшно подумать, какой культурный шок будет испытан, если эти благородные субстанции будут вынуждены получить местом своего временного пристанища стены какого-нибудь вызывающего розового или кричаще салатового цвета. Никогда! Был проведен мониторинг интернета и нами были выбраны и приобретены два горшка благородного белого и серого цветов.

И тут наступил неожиданный и непредвиденный этап, назовем его этап 2.1.

Я обмолвился в посте о том, что мы собираемся приучать своих детей к горшку. Сколько именно было нашим детям, я точно не помню, но где-то около 10 месяцев. И тут же наша подруга и мать более старшего ребенка объяснила мне, что нормальный возраст начала приучения к горшку - полтора-два года и, если начать раньше, можно добиться внезапных и крайне негативных результатов. А именно, ребенок, принуждаемый к непонятному, начнет бояться объекта принуждения, а именно горшка. 

Поговорив еще с несколькими знакомыми, я услышал множество историй о детях, панически боявшихся всех горшков вообще и своего в частности, и это заставило нас еще больше задуматься.

Няне было строго указано детей к горшку не принуждать и не настаивать. Няня согласилась, скрепя сердце отринув жажду победы, и это дало начало следующему, третьему, этапу. Этапу длительно-выжидательному. 

Этот этап длился с момента своего начала и где-то до того, как детям исполнилось год и месяцев пять. Сейчас уже трудно говорить о четких границах. Он ознаменовался множеством мелких подэтапов, событий и курьезов. 

Дети к появлению горшков в доме отнеслись с большим интересом и нашли для них значительное количество различных применений. В них очень удобно было положить что-нибудь небольшое и в данный момент ненужное, но то, что в любой момент должно быть на виду и под рукой ( например, соску). Также оказалось, что вынимающиеся внутренности горшков могут служить прекрасными и элегантными шляпками. А на этапе освоения мелков и карандашей внешняя поверхность горшков оказалась отличной и, к тому же стойкой основой для нанесения талантливых узоров.

Так прошло значительное время и потихоньку наступил этап четвертый, подготовительный. В начале его ничего особенного не происходило, но тучи сгущались и ощущалось, что надвигается что-то значительное. Кампания за постепенный уход от подгузников, которую мы уже давно вели, начала вступать в решительную фазу. На улице было тепло и няни часто не одевали подгузники на детей. И дети задумались и стали иногда отмечать у себя моменты позыва к походу в туалет и (в-основном наш обычный новатор, находящийся на острие нового, Ева) иногда начали объявлять о своих наблюдениях, испытывая кодовое сокращение "ка-ка". Причем, для простоты и отсутствия путаницы этим термином было решено называть все возможные выделения нижней части организма. 

И тут горшки дождались своего часа. И няни, и родители, начали упорно объяснять, показывать, приучать, побуждать личным примером и т.п. В начале результаты были мизерными. Дети отлично выучили, что этот предмет называется именно "горшок", пол регулярно мог похвастаться очаровательными лужицами и кучками, а няни приносили с прогулок мешочки мокрых и измазанных трусов. Стирка снова заняла значительное место в нашей жизни. Но все это было не зря!

Вскоре наступил этап пятый, неожиданно-искрометно-сокрушительный. Ева внезапно самостоятельно подошла к горшку, села на него и совершила именно то, чего от нее ожидали все и, прежде всего, горшок. С этого момента события нарастали, как снежный ком. Ева все чаще ходила на горшок дома и начала сама снимать трусы и присаживаться на улице. Шейна, как всегда, внимательно оценивала новый навык сестры со стороны, присматривалась, проводила оценочные снятия трусов и тренировочные присаживания на горшок, но переходить к результативным действиям не спешила. Так продолжалось месяца полтора, за это время детям исполнилось полтора года и пошел девятнадцатый месяц.

И тут опять неожиданно подкрался следующий, промежуточный этап. Сначала Жанна, а вслед за ней и я уехали за границу. И не было нас почти две недели. Дети на этот период мигрировали к бабушке, где им жилось на удивление легко и привольно. Только иногда они вопросительно стучали в дверь и кричали "мама!". 

Но, вскоре мы вернулись, наша семья воссоединилась и тут мы внезапно осознали, что наступил этап последний, торжествующе-завершающий. Вдруг оказалось, что не только все(!) уже ходят на горшок, но и самостоятельно раздеваются и совершают нужный акт на улице. И все не просто просятся в туалет, но часто даже просыпаются и просятся ночью ( Шейна) или просыпаются утром в сухом подгузнике (Ева). 

Расход подгузников в нашей семье значительно сократился, чему мы искренне рады. Кампания за жизнь без подгузников движется к решительной победе, вдали уже виднеется будущее без них вообще.

В заключение хотелось бы отметить, что, хотя в нашей жизни еще случаются рецессии и можно иногда отметить незначительный регресс (то на полу появится лужа, то няня принесет с прогулки мокрые штанишки), но достижения наших детей на ниве освоения горшков восхищающи. Можно с уверенностью отрапортовать, что этап приучения к горшкам в нашей жизни практически завершен. И осталось совсем немного аспектов, отделяющий наших девочек от полноценных, практически взрослых мудрых созданий, которых мы не всегда заслуженно называемым детьми и у которых частенько есть чему поучиться самому взрослому взрослому.

P.S. Тематические фотографии, по понятным причинам, изъяты цензурой. Поэтому прилагаегатся фото нейтрально-маринистического плана.

День без детей.

Нашим детям уже год и четыре месяца. И теперь, конечно же, все совсем не так, как в начале, когда они только родились. И не так, как год назад, и даже не так, как пару месяцев назад.
Сразу после рождения детей, понимая, как важны для ребенка родители и как сильна у него связь с ними, мы поставили себе срок - до года с детьми не разлучаться больше, чем на полдня. И так и поступили. Даже фактически до года и трех месяцев.

Но теперь год прошел, дети демонстрируют значительную самостоятельность и автономность. И мы можем немного расслабиться и признаться себе, что они без проблем переживут недолгое расставание с нами. А значит, появляется возможность понемногу начать путешествовать! Тем более, что и работа этого требует, и просто хочется. Ведь мы не покидали Украину с момента возвращения с детьми из Таиланда. А значит, провели непривычно много времени без путешествий. Идею совместных с детьми путешествий мы не только не отвергаем, но очень даже приветствуем и предвкушаем. Но не видим особого смысла таскать их в короткие поездки, связанные со множеством переездов и перелетов. Какой в этом смысл? Тяжело будет и детям, и родителям.

И, осознав это, мы начали двигаться в двух направлениях. С одной стороны, запланировали путешествия, часть из которых - без детей, а с другой - провели серию проверок, как оно будет, если оставить детей бабушке. Первые две попытки длительностью в сутки (с вечера одного дня до утра следующего) прошли без эксцессов и к всеобщему удовольствию - и дети были довольны общением с бабушкой, и бабушка, прабабушка и дедушка были в восторге от веселых внучек, радостно и с вдохновением разнесших им квартиру, и родители получили такую неожиданную и непривычную возможность сходить в кино и поспать ровно столько, сколько нужно им самим, а не их жаворонкам-детям.

Все прошло отлично и на основании успеха первого этапа тестирования, было принято решение переходить к следующему этапу - двухдневной экспериментальной разлуке. С которой пришлось несколько недель повременить из-за различных непредвиденных обстоятельств.

Но вот этот день, а точнее вечер,  пришел и мы отвезли детей  дедушке и бабушкам снова. Вечер прошел хорошо, мы снова пошли в кино, причем на ночной (!) сеанс и посмотрели восхитительно яркий и поразительно бессмысленный фильм, оставивший после себя ощущения праздника и всемогущества. А что еще нужно от фильма?

А вот утром началось странное. Утром мы проснулись с щемящим чувством того, что чего-то не хватает. А, еще точнее, не хватало кого-то.

Вроде бы все прекрасно. Наконец-то мы одни. Наконец-то никто не вторгнется в твой утренний сон с воплем и требованием срочно подскочить и его, это кого-то, срочно развлечь.

Не надо, с полузакрытыми глазами и в полубессознательном состоянии, бежать ночью в детскую комнату потому, что комплекс обстоятельств (соска вывалилась у Шейны изо рта, Шейна повернулась на другой бок, соска на другой бок не повернулась) привел к тому, что Шейне срочно нужна соска, а найти она ее не может и, следуя сложившейся тактике, пытается побороть обстоятельства криком. И, найдя соску в 5 сантиметрах за спиной у Шейны и выдав ее хозяйке, возвращаться в кровать, так фактически и не проснувшись.

Или проделывать тот же путь но для, того, чтобы напоить Еву.  Или вытащить ее ногу, которая она, с такой недюжинной тщательностью и старанием, преодолев все трудности и препятствия, все-таки засунула между прутьев кроватки.

В-общем, если слегка подчистить память, можно было подумать, что мы перенеслись на два года назад и снова попали в "жизнь до детей". Это было чарующе, расслабляюще и манило множеством потенциальных возможностей...

Даже понимание того, что если хронологически выстроить эти возможности, они займут намного больше этих двух отпущенных нам дней свободы, не портило ощущение полета и вседозволенности. Все равно. Само понимание доступности любой из них дарило радость.

Жизнь наполнилась яркими, слегка подзабытыми красками и засияла яркими гранями, сулящими удовольствия и впечатления.

Но, при этом, чувство это не было полностью всеобъемлющим и абсолютным. Нет, где-то в глубине души, в маленьком уголке позади всего этого великолепия зияла маленькая пустота. И она потихоньку. с каждым часом, становилась все больше и больше. Жизнь была прекрасной во всем, кроме одного. Рядом не было детей.

Этих маленьких сумасбродов и тиранов, временами абсолютно непереносимых, иногда невероятно автократичных и бесцеремонных, никогда не желающих считаться с твоими нуждами и потребностями, во всем навязывающих тебе свою волю и подчиняющих тебя своим желаниям, порой абсолютно бессмысленных и иррациональных.

Тех, кто превратил нас в своих слуг, заставив постоянно готовить, стирать, купать и вытирать свои экскременты. Тех, кто, независимо от времени суток и твоего самочувствия, считает себя в полном праве самому решать, что именно тебе делать в настоящий момент и что делать ты не имеешь права. Тех, кто полностью поработил нас и подчинил своей воле.

Но, при этом, таких родных, таких милых, таких веселых и улыбчивых, таких умных и находчивых, таких самостоятельных и уживчивых. Тех, 5 минут объятий с которыми излечивают тебя от всей усталости за длинный и тяжелый день. Тех, кто одной улыбкой стирают все, что накопилось в родительской душе после пары часов их же собственного занудства и упрямства.

Тех, каждый новый навык которых и каждое новое слово, произнесенное с дикцией, за которые любой логопед выставил бы тебя за дверь и признал бы полностью бесперспективным, восхищает тебя до такой степени, что душа буквально поет и ты не можешь сидеть на месте, борясь с желанием рассказать всем, в том числе и незнакомым, о том, какой крутой у тебе ребенок.

Проще говоря, тех, жизнь без которых кажется нам теперь не такой яркой и счастливой.

И тут мы абсолютно ясно увидели, что изменилось в нашей жизни и поняли свое к этому отношение. Возможно,  впервые за этот год с лишним мы получили возможность вспомнить о том, что было "до детей". И не просто вспомнить, но и сравнить и, даже, получить пусть иллюзорную, но все таки возможность выбрать одну из этих жизней.

И мы поняли, что несмотря на всю сложность, несвободу и глобальную ограниченность сегодняшней жизни, мы никогда больше добровольно не променяем ее на ту, вольготную и свободную "жизнь без детей". Скорее, мы, наоборот, склонны к тому, чтобы количество этих детей еще немного возросло.

И, несмотря на все удивление, которое возникает лично у меня после того, как ее осознал вышесказанное... И не просто осознал, но понял, что это мысль мне не просто близка, но именно я сам и являюсь ее автором и адептом. Так вот, несмотря на все это, я рад.

Рад и доволен тому, что теперь точно знаю, что нисколько, даже в самой малой мере, я не жалею, что у нас появились дети. А значит, ничто не мешает мне во всей полноте насладиться нашей сегодняшней жизнью. И, поэтому, ура!

Юность диктатора. 

Шейна всегда осознавала свое предназначение. И тогда, когда был в разгаре процесс ее зачатия и она состояла всего лишь из нескольких клеток, и тогда, когда спокойно плавала в животе у матери, и тогда, когда рождалась, и тогда, когда впервые увидела свет, мать и отца. Она это знала всегда. Всегда знала, что ей суждено повелевать и вершить судьбы людей.

Однако, до рождения у нее вообще не было возможности применить свои таланты. Единственным человеком, кто находился в достаточной близости для того, чтобы быть повелеваемым,  была Ева.  Но, с одной стороны, в животе у матери Шейны располагала самым минимальным набором средств воздействия (а точнее всего одним - возможностью пинать Еву), а, с другой стороны, Ева вообще не желала чтобы ею повелевали, полностью замкнувшись в себе и не реагируя на пинки.

Поэтому, все время до рождения и на первых порах после него, Шейна  приняла мудрое решение не спешить и не демонстрировать сразу же драгоценные грани своего таланта. В основу этого решения легло понимание того, что ее новорожденное, несовершенное пока еще тело было не в состоянии служить ее же столь совершенному разуму - руки не подчинялись, пальцы не разжимались, а на ноги было невозможно встать. Поэтому, как и все младенцы она ела, спала и испражнялась. Стандартный круговорт. И, конечно же, ждала.

А ждать Шейна умела. И ждать было с каждым днем легче, так как каждый день приносил все новые и новые навыки. Вот уже и руки беспрекословно выполняют команды, и пальцы спокойно разжимаются и сжимаются, и ноги стали достаточно сильны не только для стояния, но и для ходьбы.

И вот  в один великий момент, Шейна почувствовала что возраст зрелости уже наступил. А зрелость диктатора, как известно, наступает очень рано. В случае Шейны, она почувствовала, что подготовительный процесс завершен в тот момент, когда ей исполнился год и три месяца.

Можно было сбрасывать маску и выходить из укрытия. Шейна чувствовала в себе достаточную силу, чтобы повелевать. Как любой мудрый человек, она начала с малого, с обуви. Просто в один момент все члены семьи осознали, что они под контролем Шейны и что теперь официально запрещено ходить без обуви, а нарушение режима будет караться звуковыми сигналами и принудительным обуванием.

Родители не почувствовали надвигающейся угрозы и восприняли новое поведение Шейны как еще один милый штришок в очаровательном характере одной из любимых дочерей.

Ну а Шейна поняла, что да. Работает! Она еще раз перебрала в голове весь доступный на сегодняшний день арсенал орудий воздействия на родителей:

- нудеж умеренный, стандартный и  усиленный;

- крик умеренный, стандартный и истошный;

- топание ногами щадящее, стандартное и устрашающее;
- извивание умеренное, усиленное и разящее;

- ну и венец коллекции - "указующий перст", доступный пока в двух вариантах: просто решительно выпрямленный или выпрямленный и подрагивающий от гневной мощи указующего.

Арсенал был уже достаточно впечатляющим и давал возможность двигаться дальше в порабощении членов этой отдельно взятой семьи. Конечно, Шейна не думала о цели своих действий, как о тотальном порабощении. Конечно же, речь шла только об упорядочении хаоса и разнообразия интересов и желаний, царящих в семье и придании этой семье правильного вектора, разумного направления и жесткой структуры. Что, конечно же, будет этой семье только на пользу.

И Шейна начала трудиться. Первым проведенным мероприятием стала проверка оружия воздействия. Для непосвященных это выглядело неожиданно. В какие-то моменты Шейна вдруг становилась в позу супермена (только не горизонтальную, а вертикальную) и включала сирену. Сирена к этому времени также была доработана, усовершенствована и модернизирована. В ее конструкции появились новые возможности - увеличение мощности сигнала со временем, а также усиленная проникающая способность сигнала. Точно не известно, как именно бы воспринял эту сирену независимый слушатель. Но на родителей она действовала безотказно. Даже самый стойкий из них не выдерживал атаки более 30 секунд. После чего тут же хватал Шейну на руки и старался ее успокоить всеми доступными способами.

Шейна же удобно располагалась на руках родителя, при этом не переставая разрабатывать очередные детали своего грандиозного плана. 

Ведь именно то, что ей подчинялись и хватали на руки и являлось целью эксперимента. А значит, сирена работала идеально. Недальновидные же родители не преминули списать необъяснимые изменения настроения Шейны на стандартную причину - режущиеся зубы.

Следующим мероприятием, целью которого стала дезориентация родителей и лишение их ощущения того, что они стоят обеими ногами на земле и контролируют ситуацию, было "хаотическое хождение". Идея его заключалась в том, что Шейна в моменты, когда родителям нужно было носить ее на руках (например, для того, чтобы быстрее добраться из одной точки пространства в другую), решительно отказывалась находиться на руках, настаивая на том, чтобы перемещаться исключительно своими силами. При этом, если ее все же пытались взять на руки, Шейна включала любимую сирену, а также подключала "извивание усиленное", что в комплексе создавало у обрабатываемого ощущения нахождения в центре смерча и заставляло его поскорее отпустить Шейну на землю, для того, как минимум, чтобы побыстрее убежать на достаточное расстояние от источника звука.

И снова оружие прошло полевые испытания с прекрасными результатами. В 90% случаев из 100% родители тут же отпускали Шейну и она могла идти сама, тем самым регулируя скорость, а, зачастую,  и направление движения.

На сегодняшний день давление на членов семьи постепенно растет. Теперь уже никто не имеет право выбрать обувь для Шейны, она выбирает ее сама. Недавно и родители заметили, что обувь для них и Евы также выбирает Шейна. Правда, родители пока ещё пытаются сопротивляться, но Шейна понимает, что это вполне допустимые издержки и цель, конечно же, будет достигнута. Как и все великие, она осознает, что результаты, достигнутые посредством постоянного, но мягкого давления, намного прочнее и устойчивее, чем они же, но достигнутые резкой ломкой характеров подопытных. Так что пусть пока родители наслаждаются иллюзорным чувством того, что именно они хозяева положения и полностью контролируют ситуацию. Шейна же уверена, что все идёт по графику и в соответствии с глобальным, тщательно продуманным и выверенным планом, который она разработала и которому она следует. 

Так что не стоит думать, что Шейна остановится на этом этапе, отнюдь. Это просто срез ситуации на сегодняшний день, просто точка на векторе, ведущем к цели. В планах мягкое, но планомерное наступление и на других фронтах. И Шейна не сомневается, что на всех направлениях будет достигнута победа и уже в ближайшем будущем она сможет насладиться плодами своих трудов и расчетов.

Ева и чудеса джигитовки.

Уже давно у нас дома живет трехколёсный велосипед.  И хотя полностью использовать его по назначению у нас пока не получается, но дети нашли для него уже множество различных применений.

Началось все в тот "золотой век гармонии и радости", когда Ева намного больше интересовалась  катанием велосипеда чем катанием на велосипеде.

В совокупности с Шейной, которая, наоборот, предпочитала на велосипедах именно кататься, они составляли отличную команду. Шейна садилась в седло, а Ева толкала велосипед из комнаты в комнату.

Так прошло несколько прекрасных недель, но ничто так не непостоянно, как увлечения младенцев и, вскоре, Ева пресытилась этим физически утомительным трудом и открыла для себя увлекательный процесс катания на велосипеде. Этот момент послужил началом новой эпохи - смутного времени борьбы за господство над велосипедом и принуждения родителей катать на нем победителя.

Ситуация сильно упростилась, когда дети поняли для чего именно им была подарена лошадка-качалка и как именно можно на ней нестись во весь опор, подставляя лицо встречным порывам ветра...

С этого момента родителям намного меньше уже нужно было разнимать сражающихся за скакуна воительниц, они научились находить компромисс, а если совсем точно, то компромисс научилась находить менее упрямая Ева, которая в 9 случаях из 10 уступает в спорах, потому что жизнь слишком коротка, а вокруг столько всего интересного.

А когда Шейна научилась сама залезать на лошадку и сама на ней качаться, на этом участке фронта воцарилось длительное перемирие.

И вот в этот самый момент Ева почувствовала, что уже в достаточной мере освоила велосипед и решила сразить родителей акробатическим этюдом. Конечно, это должно было стать сюрпризом. Она дождалась момента, когда вся семья вечером собралась в одной комнате, провела какое-то время вместе со всеми, весело катаясь по кровати и радостно визжа. Чем, без сомнения, усыпила родительскую бдительность.

Потом она ненадолго удалилась и после этого появилась, волоча за собой велосипед.

Затем Ева. загадочно улыбаясь, расположила велосипед в центре комнаты и залезла на него. До этого момента мы и не догадывались, что она умеет это делать самостоятельно. Она залезла и уселась в седле. Ева и раньше много раз сидела на велосипеде (за исключением разве что того, что на велосипед ее приходилось подсаживать). Так что все шло как обычно и ничто не предвещало того, что произошло вскоре.

Какое-то время Ева просидела не двигаясь, явно убаюкивая наше внимание и давая нам возможность расслабиться и отвлечься от нее, сидящей в седле велосипеда посреди комнаты.

И мы послушно отвлеклись и занялись другими делами. И вдруг Ева встала! Встала на ноги на сидение велосипеда! Сначала она стояла покачиваясь, но быстро выпрямилась, встала в седле уверенно и даже сделала что-то типа цирковой фиксации - приосанилась, развела руки в стороны и зафиксировала позу.

Очевидно широко распахнутые от удивления рты родителей, а также расширившиеся зрачки и позы, демонстрирующие устремление "поймать, схватить и удержать", дали Еве понять, что успех достигнут полный и безоговорочный. И она огласила окрестности победным кличем.И стала еще больше похожа на лихого кавказского всадника, демонстрирующего чудеса джигитовки.  А то, что родители смогли сдержать первый порыв и не стащили Еву с велосипеда, дало ей возможность повторить свой номер на бис ещё несколько раз.

Могу авторитетно заявить, что родительское сердце вздрагивало и замирало совершенно так же и во второй, и в третий, и во все последующие разы.

Шейна к успеху Евы отнеслась с благосклонным пониманием. Она явно не ставила перед собой цели достичь чего-то подобного и, поэтому, была удивленна не меньше родителей. И, при этом,  рада за сестру, которая смогла так красиво встать на велосипеде. Но она даже не попыталась повторить успех сестры, очевидно считая это ненужным и неинтересным.

Ева же, совершив свой подвиг на ниве двухколесного транспорта, тут же охладела к нему

и больше вставать на велосипеде не пытается. Правда, она перенесла свои попытки на лошадку-качалку, но тут уже родители настороже. Да и сама Ева не очень то склонна вставать на таком шатком предмете, отличающемся неожиданными и резкими колебаниями.

Так что этот подвиг просто был зафиксирован жюри и занесён в анналы нашей семейной "книги событий и рекордов", выдержка из которой и представляется здесь вашему вниманию.

Ну а наша героиня, конечно же, не почиет на лаврах, а готовит новые, еще более интересные трюки, которые, несомненно,  поразят и родителей, и сестру,  и всех родственников без исключения. 

Как выглядит жизнь с двойней, которой год и три месяца.

Ну, прежде всего, по сравнению с тем, что было год (да и полгода) назад - все просто прекрасно. Как всегда, в сравнении - очень важно, с чем сравниваешь. Если, например, сравнить с жизнью до появления детей (когда они не ожидались даже в теории) - стало, конечно, потяжелее. И обязанностей явно прибавилось. И свободного времени стало несравнимо меньше (точнее, не стало вовсе).

Но если сравнить с началом жизни с детьми - то все суперпрекрасно. И обязанностей стало меньше, а свободного времени - просто не сосчитать. А какими самостоятельными стали дети! А как теперь роскошно можно выспаться ночью!

Ну а теперь обо всем этом подробнее.

Итак, как многие уже знают, у нас две дочери. Одну из них зовут Шейна, а другую Ева. Они двойняшки. Не какие-то там близнецы, а дихориальная диамниотическая двойня (за определение спасибо Даше, представительнице такой же дихориальной диамниотической двойни, только немного постарше. Определение мы, конечно, узнали раньше и от врачей, но Даша его нам периодически напоминает). Для, тех, кто как и я два года назад, не в курсе - это когда каждый ребенок в животе матери располагает собственной жилплощадью. Правда, со временем, жилплощади детей становятся все теснее и, в конце концов, начинают совмещаться и пересекаться друг с другом. Так что в случае с двойней причиной родов часто бывает банальный жилищный кризис.

Так вот, эти наши две дочери уже сразу после рождения обладали собственными характерами. И, если в первые пару недель, ввиду того, что дети постоянно спали и ели, разница в характерах не ощущалась, то довольно быстро она начала быть видна невооруженным глазом. Можно сказать, что векторы характеров наших детей взяли начало в одной точке и устремились в разные стороны с тем, чтобы больше уже никогда не пересечься.

Довольно быстро стало понятно, что Ева, по определению модных сейчас Сирсов, "ребенок с повышенными потребностями". В младенчестве это выражалось в том, что она постоянно хотела сидеть на руках (Шейна тоже хотела сидеть там же, но все-таки реже), а также  больше и чаще возмущалась.

Те же Сирсы предполагают, что когда такой ребенок достигнет насыщения этих своих завышенных потребностей, он успокоится. Как бы не так. Очевидно, потребности еще далеко не удовлетворены.

Изменения в характере Евы со временем произошли, но, скорее количественные, чем качественные. Ведь, будучи родителями двойни, мы, как наблюдатели за собственными детьми, обладаем завидным преимуществом - у нас всегда есть с кем сравнивать. Правда, чаще всего, это преимущество оборачивается против нас, как родителей, когда нам хочется вдруг получить частичку собственной территории, на которую не ступала нога младенца. В нашей жизни в два раза больше ног младенцев и укрыться от этого воинства ног очень не просто.

Благодаря нашим детям вообще, а Еве особенно, на заре нашего родительства мы научились практически все вещи в обычной жизни делать одной рукой. И вдвоем действовать, как единый слаженный механизм. В нашей жизни еще большую роль начали играть взаимная забота и взаимовыручка. И эти навыки до сих пор нам часто пригождаются. Ведь дети все так же любят сидеть на руках. Правда, появились приятные мелочи. 

Во-первых, детей можно убедить отказаться от желания сидеть на руках. Этим способом больше всего грешит решительно настроенный отец. В силу мужской косности характера и наличия несгибаемой (первые 5-10 минут) жизненной позиции, которую недальновидный наблюдатель может назвать "занудством в легкой форме", отец тратит какое-то время на то, чтобы объяснить детям, почему они ведут себя не так, как надо. Работает пока очень редко.

Во-вторых, детей можно банально отвлечь. И, хотя этот способ явно эскапистский и не несет в себе никакой жесткой системы, он дает намного более удачные результаты, чем первый. Им, в силу своей женской гибкости, грешат мать и няни.

В-третьих, в последнее время наши дети научились обниматься. И, если ты берешь ребенка на руки, то тебя тут же обнимают обеими руками за шею и прижимаются к тебе всем телом. Это очень приятно! И ты тут же забываешь все обиды, связанные с тем, что, вообще-то ты шел по своим важным делам, а тут выскочила она и давай требовать взять ее на руки. Спасибо вам, наши дочери за то, что заставляете с вами обниматься сейчас, когда у вас есть для этого настроение. А то, может случиться так, что мы вдруг поймем, что нам не хватает нежной близости с детьми, и, в этот самый момент мы обнаружим, что у наших детей пубертатный период и обниматься вообще не входит в их планы... Так что дети правы в том, что заставляют нас запасаться впрок.

Так вот, Ева все тот же "ребенок с повышенными потребностями", или, цитируя классиков, "гений потребления". Кормление Евы в последнее время иногда выглядит следующим образом.  Ева становится в стульчике (есть сидя она считает уделом трусов. О пристегивании мы уже даже перестали и думать. Ремни из стульчиков я удалил за ненадобностью) и получает тарелку с едой. Она съедает несколько ложек и начинает указывать во все стороны перстом с криком "Дай!". Что именно она хочет получить не понятно. Не понятно и знает ли она сама, что имеет в виду. Я пробовал различные тактики. И давал ей все, на что указует перст. И убирал из ее поля зрения все, к чему можно отнести слова "дай". Не очень-то помогает. Лучше всего работает тактика игнорирования в сочетании с запихиванием ложкой еды Еве в рот. Это дает два важных результата. Во-первых, Ева вспоминает для чего мы тут собрались, а во-вторых полный рот технически не дает ей кричать "дай".

Конечно, так бывает далеко не всегда и только в тех случаях, когда Ева не очень голодна. В остальных случаях обе девочки красиво сидят и едят ложками. Это теперь самое спокойное время. Они поглощены процессом и родители могут 10-15 минут заниматься своими делами и, даже, отсутствовать в помещении.

Кто-то может сказать, что мы подвергаем своих детей страшной опасности тем, что уходим из комнаты, в которой они остаются САМИ и НЕ ПРИСТЕГНУТЫЕ. Возможно. Пока никому не пришло в голову выпрыгнуть из стульчика. Инстинкт самосохранения работает качественно.

Ева, правда, иногда пытается залезть на столик, входящий в состав стульчика и сидит на нем на корточках с хитрым видом. Но явно видно, что это - часть ее программы по испытанию родителей на то, насколько далеко она может зайти, не встретив сопротивления.  В эту программу входят и другие мероприятия. Такие как заход за угол и ожидание, прибежит взрослый или нет. При этом Ева стоит за углом и ждет. Или, в парке, удаление на максимальное расстояние (периодически посматривая в сторону отца, следит ли он за ее безопасностью), но так, чтобы ни в коем случае не потерять отца из поля зрения.

Также показательна разница в том, как девочки засыпают. Ночью они спят в кроватках в своей комнате и, в принципе, их можно сразу уложить на ночь в кроватки, но приходится повозиться. В тех же случаях, когда возиться лень или нужно уложить обоих детей одному взрослому, мы практикуем совместное лежание. То есть один взрослый (например, я) ложится на кровать, обложившись с двух сторон детьми. Дальше дети ведут себя по-разному.

Шейна в настоящее время находится в гармонии с миром,  поэтому засыпает сразу и без эксцессов. Она спокойно ложится и, если ей не хочется спать, она пару минут гладит меня по лицу и волосам и тогда уже засыпает.

Ева же с миром находится в легкой конфронтации. Как воздушному шару для того, чтобы взлететь, нужно избавиться от балласта, так и Еве для того, чтобы заснуть, нужно избавиться от излишков энергии. Поэтому к отходу ко сну Ева подходит нетрадиционно и, можно сказать, новаторски. После того, как ее уложили и дали понять, что день подошел к концу и больше никаких событий точно не предвидится, Ева включает алгоритм засыпания. А именно, начинает ворочаться, подпрыгивать, перекатываться с бока на бок и со спины на живот. Встает, садится, снова ложится, опять встает и т.д. и т.п с различными вариациями.

Когда дело уже идет ко сну, Ева подключает тяжелую артиллерию. Точнее всего было бы сказать, что в этот момент Ева пытается "заснуть с разбега". Она встает на ноги и решительно падает плашмя на кровать лицом вниз. Если заснуть сразу не удалось, она повторяет этот метод еще и еще. Обычно раз до десяти. После этого начинается финальная фаза. Ева ложится на живот, встает в "собаку мордой вниз", стоит в ней секунд десять и падает, после этого ворочается еще пару раз и засыпает.

Зато спит Ева 9-10 часов без перерыва (максимум проснется один раз попить и тут же снова засыпает). Шейна же просыпается несколько раз за ночь, но, как только получает воду, тоже сразу засыпает.

Хочется сказать немного о внешности. Понятно, что для нас наши девочки внешне очень разные и мы не можем понять, как их можно перепутать. Но мы не объективны. Наверное, родители однояйцевых близнецов чувствуют себя так же и в душе удивляются слепоте окружающих. Так что речь не о нас. Речь о других.

Есть четыре лагеря взрослых, которые хотят поделиться с нами своими соображениями о внешности наших детей. Мы эти соображения бережно накапливаем, каталогизируем  и храним.

Первый лагерь - просветленные. Им дано видеть разницу между Евой и Шейной, они ее видели и раньше, видят и сейчас. Их девиз: " Как вы не видите, они же разные".

Второй - адепты сумрака. Они радуют нас вопросами типа "Как же вы их различаете?" и " А это кто у тебя на руках сейчас?"

Ну и кроме этих двух полярных лагерей есть два переходных. Люди - существа непостоянные и, поэтому, подвержены миграциям.

Третий лагерь - отрекшиеся от скверны - те, от кого мы слышим "Раньше я не могла их отличить, а теперь точно вижу - вот это Шейна". И ведь в 50% случаев угадывают! Это действительно оказывается Шейна. Ну, на худой конец, Ева.

Ну, и наконец, последний лагерь  - попавшие во власть мрака. Их стандартный девиз "Раньше они были разными, а теперь стали на одно лицо".  Ну и после этого уже традиционное "Как же вы их различаете?"

Отрадно, что в первом и третьем лагерях, все-таки находится большинство наших знакомых. Но мы благодарны всем, кто заговаривает с нами о внешности наших детей, ведь это дает нам возможность лишний раз вглядеться в них и увидеть, как они изменились со вчера.))

Но, на самом деле, разговоры о внешности стоят на втором месте по-популярности. На первом, конечно же, утверждения типа "Как-то вы их легко одели" и "Ребенок замерз!" С такими вопросами больше всего любят к нам обращаться люди малознакомые и вообще не знакомые. По каким именно критериям говорящий определяет, что ребенок замерз и чем именно он руководствуется в том, как именно мы должны были одеть ребенка, я до сих пор не понял. Ведь налицо счастливый веселый ребенок, довольный жизнью вообще и собой в частности, играющий с так же одетой сестрой, которая, в свою очередь, тоже вроде не падает от истощения и обморожения. 

Но нет, "ребенок замерз!" и все тут. Очевидно, у говорящего перед глазами стоит идеал ребенка в шубке и валенках с красивым ярко-красным румянцем на щеках и потом, весело стекающим по этим же щекам и лбу. Вот этому ребенку точно не холодно! Тут уже никто не усомнится в том, что он одет правильно. И ничего, что на дворе лето, не беда. Ведь совсем недавно была зима, да и сейчас она не за горами.

Приходится объяснять, что замерзший ребенок не преминул бы просигнализировать о дискомфорте всеми доступными средствами. А наши дети вообще при любой возможности стараются снять с себя лишнюю одежду и памперсы,Они уж точно не потерпят перегрева.

Ну и под конец немного о характере Шейны на сегодняшний день. У Шейны есть несколько положительных и несколько слегка настораживающих качеств. Прежде всего, Шейна стоит на полшага ближе к женственности, чем Ева. Обе они - девочки, но Шейна - уже намного больше женщина. Это видно по ее осанке, по тому, как она держит голову, как непринужденно изгибает руку для того, чтобы с нее не упала сумочка (да, Шейна очень любит сумочки), по тому, как она любит украшать себя браслетами и бусами. Все движения Шейны исполнены внутреннего достоинства. 

Второе ее основное качество сейчас - жизнерадостность. Она часто улыбается и радуется. Она много подпевает музыке или просто напевает какие-то простенькие мелодии собственного сочинения.  

Когда родители возвращаются домой после даже недолгого отсутствия, Шейна устраивает радостные пляски. Больше всего это напоминает джигу (как я ее себе представляю). Это сопровождается радостным визгом. Поэтому, возвращаться домой к детям мы очень любим.

Следующие по значимости качества Шейны - упрямство и любовь к порядку. Если жизнь начинает идти не в том направлении, которое для нее задумала Шейна - родители собрались уйти без нее, или на нее надевают не то платье, которое она хочет, или, что чаще всего, Ева не желает подчиняться глобальному плану мироздания и отдавать прямо сейчас прямо вот эту вот игрушку, Шейна отбрасывает улыбку и включает сирену. При этом реветь она может долго. Что будет, если ее не отвлечь или не дать желаемое, мы пока не проверяли. И ждать долго, и родительское сердце не выдерживает. Да и честно говоря, я не уверен, что сама Шейна знает, что делать в том случае, если ее ультиматум не будет удовлетворен. Она, по-моему, такую ситуацию даже не рассматривает.

Так что пока мы прогибаемся. И стараемся не создавать ситуаций, в которых Шейна будет включать сирену. Или быстро ее отвлекаем. Благо, она пока согласна отвлекаться. 

Ну а любовь к порядку имеет несколько форм. Первая - уверенность Шейны в том, что обувь не должна простаивать, о которой я уже писал. В нашей семье Шейна сейчас - обувной диктатор, который зорко следит за тем, чтобы все были обуты и даже не пытались разуться. Когда Шейна считает, что пора идти гулять, она приносит свою и Евину обувь и требовательно ждет, пока всех обуют.

Второе проявление любви к порядку просто восхитительное. Дети все больше времени проводят без памперсов (дома, конечно). А нахождение без памперсов влечет за собой появление разнообразных милых минных полей в совершенно различных местах. И, думаю, вряд ли бы нам удавалось быстро обнаружить их все, если бы не Шейна.  Она постоянно на страже. Если кто-то из членов нашей семьи изволил сделать небольшую лужицу или аккуратную кучку (в подавляющем большинстве случаев этим занимаются двое самых младших членов нашей семьи), то Шейна тут как тут. Она начинает подавать звуковые сигналы и указывать пальцем на новинку интерьера, и, как только кто-то из взрослых обнаружил это, она тут же бежит за тряпкой, каковую вручает взрослому и требует немедленно все это убрать.

Все, опасность устранена, статус кво восстановлен и на лице Шейны снова появляется счастливая, беззаботная улыбка. Мир снова в гармонии и можно заняться своими делами.

Так что можно смело сказать, что все опять стало лучше и интереснее (очередной привет тем, кто предрекал, что дальше будет еще тяжелее). Наши дочери быстро становятся полноценными членами семьи со своими характерами, привычками и интересами, которые уж точно не проигнорируешь. И благодаря этому наша семья становится более цельной и счастливой.

На фото - дети демонстрируют новинки из коллекции "Деревенский haute couture".

непреодолимый зов сцены и фударт.  фудбодиарт жажда сцены

управляемый болид/снаряд. бумеранг . зомби.

Очень давно не получалось писать, а хочется. И хочется все время. И о чем писать предостаточно. И событий много. И путешествовали достаточно. А вот времени все записать не было.

Недавно (хотя, уже можно сказать, что и достаточно давно - просто нужно чаще писать) мы были на архитектурном мероприятии. Формат мероприятия - лекция. Соответственно, была сцена и выступающие на ней ораторы. 

Для начала - небольшая привязка к местности. Все происходило в Терминале 42. Для тех, кто бывал в Терминале - рекогносцировка на местности закончена. Для тех же, кто не бывал - это очень длинное помещение, длинной около 100 метров, еще и заворачивающее за угол. В конце, который расположен за углом, - кухня. В противоположном конце - сцена.

Сцена ( и это важно для дальнейшего повествования) была невысокая - одна ступенька вверх. скорее это даже был невысокий подиум. Так что любой умеющий ходить или ползать по ступенькам ребенок одолеет этот подъем без проблем. А наши дети именно таковы. Они ежедневно штурмуют лестницу на второй этаж (и не просто лестницу, а лестницу, закручивающуюся по спирали) нашего дома по нескольку раз за день в разных направлениях. 

Результативность штурма не всегда одинаковая - иногда я свободно свожу по лестнице гордо вышагивающих  детей и думаю, что пора бы уже им попробовать ходить самостоятельно. А на следующий день кто-то вышагивает так же гордо, а кто-то весело перебирает ногами в воздухе, уцепившись за отцовскую руку и вися под углом 45 градусов к вертикали. Еще в последнее время в моде у детей прыжки через несколько ступенек сразу двумя ногами, так что предоставлять им самостоятельность в спуске с лестнице судя по всему еще очень преждевременно.

Так вот об архитектурном мероприятии. Могу сразу сказать, что зря они в Терминале сделали такой низкий подиум. С другой стороны, они же не могли предвосхитить всего.

Итак, мы пришли на мероприятие, дети чинно съели все кусочки банана на фуршетном столе и перешли к изучению окрестностей. Постепенно в этом изучении они добрались и до сцены. Конечно, им и в голову не могло придти, что на сцене по задумке организаторов должен стоять только один человек. Да еще и что-то скучно бубнящий в микрофон. Дети были уверены, что намного больше собравшуюся публику зажжет что-либо одновременно и красивое, и динамичное. А что может быть красивее наших дочерей? И что может быть динамичнее их радостного танца-забега? Ничего, разумно рассудили девочки и начали дарить радость зрителям. Они взобрались на помост и начали там весело носиться. 

Но тут их прекрасное начинание натолкнулось на косность и зашоренность организаторов. Ко мне подошел какой-то молодой человек и вежливо попросил убрать детей со сцены. Лично мои симпатии ( как, я подозреваю, и симпатии многих в зале) были на стороне девочек. Но мы конечно же не замедлили ретироваться. Девочки искренне не понимали, как можно было прервать столь весело начинавшееся действо, но, будучи отвлеченными отцом, занялись чем-то другим. Но не все и не навсегда.

Буквально через 10 минут в Шейне вдруг взыграла жажда сцены. На этом лично для меня прослушивание лекции завершилось. Шейна желала не просто существовать, но блистать. И не просто блистать, а блистать только на этой конкретной сцене. Где бы Шейна ни находилась ( а я честно пытался ее унести как можно дальше от лектора), она безошибочно брала нужное направление и по прямой неслась к сцене. После этого она на нее взбиралась и...

Наверняка у нее был готов зажигательный номер, но ей ни разу не удалось его продемонстрировать, потому что в этот момент ее настигал зажатый нормами приличия отец, который не был готов пойти против мнения учредителей и малодушно снимал Шейну со сцены и уносил ее. Причем, с каждым разом все дальше и дальше. В конце концов я начал относить ее на кухню (которая находится в самом дальнем конце от сцены), но и это помогало ненадолго. Шейна всю дорогу старалась вырваться и,  будучи отпущенной, тут же сломя голову неслась к сцене. Так мы весело провели минут 40.

Шейна чувствовала себя прекрасно, отец немного устал и измотался. Во-первых, Шейна основательно моложе и хорошо высыпается, а с другой стороны, путь от сцены до кухни  я ее нес на руках, она же комфортно ехала у отца на руках и успевала отдохнуть.  Будучи отпущенной на кухне, она с новыми силами устремлялась к сцене, отцу же приходилось без передышки курсировать в обе стороны.

Еще недавно известный днепропетровский ресторатор и, по совместительству, отец двадцати месячного сына, Алексей, восторгся ( и даже опубликовал свой восторг на ФБ) тем, как лихо Шейна управляется вилкой. Это действительно так, в последнее время Шейна постоянно требует предоставить ей право и возможность есть самостоятельно и одинаково хорошо уже владеет и вилкой, и ложкой. Сложнее становится, когда она пытается есть сразу и вилкой, и ложкой. А недавно было совсем сложно. Она зажала в левой руке ложку, а в правой - одновременно и вилку, и ложку. Есть было крайне неудобно и опасности подвергались сразу несколько частей Шейниного тела, но она смела шла через тернии и вышла из этой ситуации победителем.

Но она не сразу достигла столь восхитительной виртуозности. Путь к вершине мастерства лежал через довольно длительную эпоху, которую правильнее всего назвать "эпохой фударта". И Шейна, и Ева начали пытаться есть ложкой одновременно, но Шейна, как всегда, была более настойчивой. И, если Ева часто соглашалась ( и соглашается и по сей день) есть с ложечки, то Шейна решительно требовала самостоятельности. Самостоятельность в сочетании с отсутствием навыка приводили к тому, что значительная часть (сначала, процентов 90, затем все меньше и меньше) еды оказывалась размазанной неравномерным слоем по Шейне, стульчику и полу под ним.